Отграничение преступления против лесных насаждений от сходных преступлений и правонарушений


1. Отграничение уничтожения или повреждения лесных и иных насаждений от иных экологических преступлений

С преступлением, предусмотренным ст. 261 УК РФ, конкурирует целый ряд других экологических преступлений. Поэтому возникает необходимость их разграничения. Причем в основном имеют место виды конкуренции общей и специальной норм, части и целого или того и другого вместе.

Так, определенное сходство с уничтожением или повреждением лесных и иных насаждений имеют составы преступлений, предусмотренных ст. 246 «Нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ», 247 «Нарушение правил обращения экологически опасных веществ и отходов», 248 «Нарушение правил безопасности при обращении с микробиологическими либо другими биологическими агентами или токсинами», ч. 2 ст. 249 «Нарушение ветеринарных правил и правил, установленных для борьбы с болезнями и вредителями растений» (в части нарушения правил борьбы с болезнями и вредителями растений), 250 «Загрязнение вод» , 251 «Загрязнение атмосферы», 254 «Порча земли», 259 «Уничтожение критических местообитаний для организмов, занесенных в Красную книгу Российской Федерации», 260 «Незаконная рубка лесных и иных насаждений», 262 УК РФ «Нарушение режима особо охраняемых природных территорий и природных объектов». Оно состоит в том, что указанные преступления могут иметь своими последствиями уничтожение или повреждение лесных и иных насаждений и (или) совершаться путем загрязнения или иного негативного воздействия на окружающую среду. Вместе с тем, указанные деяния и последствия предусмотрены и в качестве обязательных признаков объективной стороны состава уничтожения или повреждения лесных и иных насаждений (ст. 261 УК РФ).

Примечательно, что с момента введения действующего уголовного кодекса в законную силу, в ст. 261, как и в иные статьи Общей и Особенной частей УК РФ, неоднократно вносились изменения и дополнения. В результате был расширен круг возможных деяний, образующих рассматриваемое преступление, введены в его состав дополнительные квалифицирующие признаки, усилена уголовная ответственность, изменена категорийность преступления по степени общественной опасности, условия ответственности и наказуемости деяния и т.п.

Но, несмотря на перечисленные нововведения, ст. 261 УК РФ по прежнему нуждается в дальнейшем совершенствовании. Необходимо также осмысление содержания этих новелл на предмет выработки практических рекомендаций по практике применения закона и в, частности, разграничения с так называемыми смежными составами преступлений.[1]

От преступления, предусмотренног ст. 246 «Нарушение правил охраны окружающей среды при производстве работ» УК РФ, уничтожение или повреждение лесных и иных насаждений необходимо отличать в том случае, когда вследствие нарушения правил охраны окружающей среды при размещении, строительстве, вводе в эксплуатацию и эксплуатации промышленных, сельскохозяйственных и иных объектов причиняются тяжкие последствия в виде уничтожения или повреждения лесных массивов или иной растительности.

Ст. 246 УК РФ в принципе является общей по отношению к другим статьям, указанным в главе 26 УК РФ. И, если бы речь шла об уничтожении или повреждении лесных и иных насаждений путем использования источников повышенной опасности, неосторожного обращения с огнем, загрязнения лесов действиями (бездействием), не связанными со строительством, вводом в эксплуатацию и эксплуатацией указанных в статье 246 УК РФ объектов, то применяться должна была бы статья 261 УК РФ. В этом случае ее нормы являлись бы специальными по отношению к нормам ст. 246 УК РФ, а по правилам конкуренции общих и специальных норм применению подлежат последние, как с наибольшей полнотой описывающие признаки содеянного. При этом последствия уничтожения или повреждения лесных и иных насаждений не должны быть тяжкими.

Однако, когда уничтожение или повреждение лесных и иных насаждений происходит вследствие указанных в ст. 246 УК РФ деяний (т.е. в результате нарушения правил охраны окружающей среды при проектировании, размещении, строительстве, вводе в эксплуатацию и эксплуатации промышленных, сельскохозяйственных, научных и иных объектов лицами, ответственными за соблюдение этих правил), и это влечет уничтожение или повреждение лесной и иной растительности, признаваемое тяжкими последствиями, то применению подлежит, на наш взгляд, ст. 246 УК РФ.

В данном случае ее нормы являются специальными по отношению к нормам статья 261 УК РФ. Вместе с тем, в литературе существует мнение, что если, например, при использовании промышленного объекта произошло уничтожение или повреждение леса, то подлежит применению только ст. 261 УК РФ.[2] Представляется, что в этой части уголовный закон нуждается в уточнениях, исключающих какую-либо дискуссию.

Несмотря на то, что в главе 2 диссертации предложено ввести уголовную ответственность юридических лиц за уничтожение или повреждение лесной растительности, это не исключает уголовной ответственности лиц, принимающих участие в промышленной деятельности, в результате которой могут наступить последствия в виде уничтожения или повреждения леса.

Поэтому, в ч. 1 и ч.3 ст. 261 УК РФ при описании способов уничтожения или повреждения лесной растительности следует добавить слова «или в результате промышленной деятельности».

Полная конструкция измененной статьи 261 УК РФ будет приведена в конце третьей главы диссертации.

Статьей 247 «Нарушение правил обращения экологически опасных веществ и отходов» УК РФ предусмотрена ответственность за загрязнение окружающей среды вследствие производства запрещенных видов опасных отходов, их транспортировки, хранения, захоронения, использования или иного обращения радиоактивных, бактериологических, химических веществ и отходов с нарушением установленных правил. Лес и иные участки древесно-кустарниковой растительности являются неотъемлемой частью окружающей среды. Разграничивая указанные составы, следует учитывать, что статья 247 УК РФ в целом является общей по сравнению со статьями, предусматривающими загрязнение отдельных видов природных ресурсов. Однако в части отдельных ситуаций она не является таковой по сравнению со ст. 261 УК РФ. Как и в случае разграничения составов, установленных ст. 246 и 261 УК РФ, при разграничении преступлений, предусмотренных ст. 247 и ст. 261 УК РФ, следует учитывать, что преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 247 УК РФ, окончено с момента возникновения реальной угрозы наступления указанных в ней последствий, предусмотренное ч. 2 этой статьи – с момента загрязнения, отравления, заражения окружающей среды или наступления иных указанных в ней последствий, тогда как преступление, предусмотренное ст. 261 УК РФ, окончено только с момента их уничтожения или повреждения. С учетом изложенного относительно конкуренции норм в случае создания реальной угрозы уничтожения или повреждения лесных и иных насаждений либо наступления таких последствий вследствие совершения указанных в ст. 247 деяний, ответственность, на наш взгляд, наступает по этой статье, а в иных случаях – по ст. 261 УК РФ.

Преступления, предусмотренные статьей 250 «Загрязнение вод» УК РФ и статьей 251 «Загрязнение атмосферы» УК РФ, следует наряду с составами, установленными статьями 246, 247 УК РФ, отнести к преступлениям общего характера, как подрывающим целостность окружающей среды.

Поэтому, когда речь идет о причинении вреда (посредством загрязнения водных источников или атмосферы) древесно-кустарниковым насаждениям, нужно привлекать виновное лицо за вред, причиненный дикорастущим насаждениям, по совокупности преступлений, установленных ст. 250 или 251 УК РФ, и ст. 261 УК РФ. В противном случае причинение вреда лесному массиву как самостоятельной составной единице экосистемы не находит при квалификации отражения и остается безнаказанным.

Дополнительно отметим, что из буквального толкования диспозиции статьи 250 УК РФ следует, что уголовная ответственность за загрязнение вод водоемов как таковых не установлена, поскольку она предусмотрена за причинение вреда второго порядка, то есть вреда, который причиняется загрязненной водой рыбным запасам, лесному или сельскому хозяйству и т.д.[3] Однако, хотя в ст. 250 УК РФ в качестве последствий указан и существенный вред растительному миру и лесному хозяйству, на наш взгляд, утверждать, что причинение вреда, загрязнением например вод болот, лесным и иным насаждениям полностью охватывается составом ст. 250 УК РФ, не верно.

Санкции, установленные ст. 261 УК РФ за причинение вреда лесному массиву, существенно выше санкций, предусмотренных ст. 250 УК РФ, что свидетельствует о том, что лес взят под большую, чем воды, защиту уголовным законодательством. Ввиду этого, преследование нарушителя, нанесшего ущерб лесному массиву посредством загрязнения вод исключительно по ст. 250 УК РФ, позволит избежать его привлечения к более строгой уголовной ответственности, а причинение вреда лесному массиву, как отдельной единицы экосистемы, останется, как уже было сказано выше, безнаказанным. Кроме того, следует отметить, что в диспозиции ст. 250 УК РФ используется термин «лесное хозяйство», что дает повод утверждать, что подразумевается не конкретный природный объект, часть биосферы – лес, а только лишь одна из отраслей экономики, отвечающая за получение экономической прибыли при эксплуатации лесного массива. [4] Последнее же свидетельствует о верности высказанной мысли о том, что защита леса - как части биосферы не охватывается диспозицией ст. 250 УК РФ и при причинении вреда последнему, необходимо наряду со ст. 250 УК РФ применять также и ст. 261 УК РФ.

Что касается загрязнения воздуха вместе с уничтожением или повреждением лесов, то примерами таких деяний стали лесные пожары на территории значительной части нашей страны летом 2010 года, которые привели к сильному загрязнению воздуха. Возможна также и обратная ситуация, когда в результате выбросов в атмосферу загрязняющих веществ будет нанесен вред лесным насаждениям в виде их уничтожения или повреждения. В обоих случаях указанные деяния нужно квалифицировать как самостоятельные преступления по совокупности по ст. 251 и 261 УК РФ.

Такие же проблемы, как и при применении ст. 250 УК РФ «Загрязнение вод», возникают при применении ст. 254 УК РФ «Порча земли». На первый взгляд, из ее диспозиции следует, что причинение вреда только почвенному слою недостаточно для наступления уголовной ответственности по основному составу (часть 1 ст. 254 УК РФ). Необходимо также устанавливать вред второго порядка, то есть вред, который причиняет загрязненная почва окружающей среде (например, лесным насаждениям) или здоровью человека.

Однако почва является самостоятельным элементом окружающей среды. Поэтому достаточно загрязнения лишь одного компонента окружающей среды для вывода о загрязнении окружающей среды в целом, поскольку все элементы природной среды взаимосвязаны и посягательство на один из них причиняет вред и другим. Соответственно, загрязнение почвы уже есть загрязнение окружающей среды.[5]

Поэтому, когда через загрязнение земли наносится вред в форме уничтожения или повреждения лесным и иным насаждениям, составляющим предмет охраны, установленный ст. 261 УК РФ, преступное деяние должно квалифицироваться по совокупности преступлений по ст. 254 УК РФ и ст. 261 УК РФ. [6] 

Таким образом, отграничение выше перечисленных составов, установленных ст. 250, 251 и 254 УК РФ, от состава преступления, предусмотренного ст. 261 УК РФ, следует проводить, прежде всего, по объекту и предмету преступного посягательства, признакам объективной стороны состава.

Дополнительно отметим, что диспозиция ст. 251 УК РФ относительно диспозиций по сути аналогичных составов, но установленных в целях защиты иных компонентов окружающей среды (воды, почвы) является наиболее удачной, так как исходя из нее, для целей привлечения к ответственности за вред атмосферному воздуху, не требуется устанавливать факт причинения вреда другим природным составляющим (воде, лесу и т.д.). Достаточно установить только факт вреда атмосферному воздуху, если же при этом имеет место причинение вреда лесным насаждениям, то деяние следует квалифицировать по совокупности составов. В этой связи диспозиция ст. 254 УК РФ и особенно ст. 250 УК РФ явно нуждаются в соответствующем уточнении. В противном случае велик риск необоснованного освобождения от ответственности, когда вред наряду с такими компонентами, как вода и почва, нанесен также и лесу. Предлагается из диспозиции ч.1 ст. 250 УК РФ исключить понятие «лесному или» и изложить ее в следующей редакции.

«1. Загрязнение, засорение, истощение поверхностных или подземных вод, источников питьевого водоснабжения либо иное изменение их природных свойств, если эти деяния повлекли причинение существенного вреда животному или растительному миру, рыбным запасам, сельскому хозяйству»

В этом случае, при уничтожении иди повреждении лесных насаждений будет применяться совокупность преступлений.

Уничтожение критических местообитаний для организмов,[7] занесенных в Красную книгу Российской Федерации (статья 259 УК РФ), повлекшее гибель популяций, возможно различными способами. В частности, одним из них может быть уничтожение или повреждение лесного массива посредством уничтожения местообитания «краснокнижных» животных или растений.

Автор придерживается позиции, в соответствии с которой, если уничтожение мест обитания указанных в ст. 259 УК РФ животных и растений произошло путем уничтожения или повреждения лесов, то содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, установленных статьями 259 УК РФ и 261 УК РФ. [8] Это обусловлено тем, что ст. 259 УК РФ охватывается уничтожение только «краснокнижных» животных и растений, в то время как ст. 261 УК РФ направлена на защиту уголовно-правовыми методами лесов и другой древесно-кустарниковой растительности как отдельного компонента окружающей среды.

Отграничение преступления, предусмотренного ст. 261 УК РФ от преступления, указанного в ст. 260 «Незаконная рубка лесных и иных насаждений» УК РФ, на наш взгляд, следует проводить, прежде всего, по способу нанесения вреда лесным и иным насаждениям.. Рубкой признается любой способ отделения дерева, кустарника или лианы от корня (срубание, спиливание, корчевание и т.п.).

 При этом, если отделение дерева, кустарника или лианы от корня или повреждение до степени прекращения их роста, осуществляется посредством деяний, предусмотренных ст. 261 УК РФ (путем поджога, в результате использования источников повышенной опасности либо иным общеопасным способом, а равно в результате загрязнения или иного сопоставимого по степени опасности негативного воздействия), применению подлежит именно ст. 261 УК РФ. Соответственно, квалифицирующим признаком является способ, которым дерево, кустарник или иное дикорастущее насаждение было повреждено до степени роста, отделено от корня. Кроме того, необходимо отметить, что деяние, предусмотренное ст. 260 УК РФ, может быть совершено только с прямым умыслом. В свою очередь, ст. 261 УК РФ предусмотрено совершение ряда деяний только по неосторожности (часть 1, например), другие, как указывалось, или умышленно, или по неосторожности.

Во второй главе диссертации было выяснено, что предметом преступления, установленного ст. 261 УК РФ, является лесная растительность. Предметом незаконной рубки (ст. 260 УК РФ) могут быть и отдельные лесные насаждения либо не относящиеся к таковым деревья, кустарники и лианы.[9] Кроме того, по ст. 260 УК РФ ответственность может наступить только при причинении значительного (ч. 1), т. е. от пяти до пятидесяти тысяч рублей, ущерба. Крупный (ч. 2) и особо крупный (ч. 3) ущерб выступают в качестве квалифицирующих признаков состава незаконной рубки, в то время как по ч. 1 ст. 261 УК РФ ответственность наступает, если ущерб причиняется до пятидесяти тысяч рублей. 

Думается, что последнее обстоятельство объясняется чрезвычайно высокой степенью общественной опасности самого деяния, предусмотренного ст. 261 УК РФ. Принимая во внимание частоту, масштабность возгораний, а главное необратимость неблагоприятных экологических последствий, вызванных небрежным обращением с огнем, подобный подход представляется правильным.

2. Разграничение уничтожения или повреждения лесных и иных насаждений и сходных преступлений против собственности, общественной безопасности, общественной нравственности, мира и безопасности человечества

Сходство состава уничтожения или повреждения лесных и иных насаждений имеется с составами преступлений против собственности, предусмотренных ст. 167 «Умышленное уничтожение или повреждение имущества» и ст. 168 «Уничтожение или повреждение имущества по неосторожности» УК РФ. Сходность проявляется в способах совершения преступления и предмете преступления (лесные и иные насаждения могут находиться в чьей – либо собственности).

Например, в ч. 2 ст. 167 УК РФ предусмотрена ответственность за умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом, а в ст. 168 УК РФ - за уничтожение или повреждение чужого имущества в крупном размере, совершенных путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности.

Ч. 1 ст. 212 УК РФ предусматривается ответственность за организацию массовых беспорядков, сопровождавшихся в числе прочего поджогами (например, возможны массовые беспорядки и уничтожение леса: беспорядки в населенных пунктах, расположенных в тайге, лесу, стоянках, лесных базах, войсковых частях и др.), террористический акт (ч.1 ст.205 УК РФ) может быть совершен путем уничтожения или повреждения лесов.

Ст. 243 УК РФ предусматривает ответственность за уничтожение или повреждение памятников истории и культуры, в которые могут входить лесные и иные насаждения, т.е. лесная растительность. Уничтожение лесной растительности может образовать состав экоцида (ст. 358 УК РФ).

Разграничение составов, предусмотренных статьей 261 УК РФ, от сходных составов преступлений, предусмотренных статьями 167 и 168 УК РФ, следует проводить с учетом выработанных в науке уголовного права рекомендаций по разграничению преступлений экологического характера и против собственности. Нормы статьи 261 УК РФ направлены на охрану древесно-кустарниковой растительности как компонента окружающей среды. Объектом этого преступления выступают отношения в сфере экологии, т. е. по охране, рациональному использованию лесных и иных насаждений и обеспечению экологической безопасности.

Сходность этих преступлений выражается в том, что они могут быть совершены одинаковыми деяниями: путем поджога или иным общеопасным способом, неосторожного обращения с огнем, загрязнения.

Предметом экологических преступлений в широком смысле слова выступает окружающая среда в целом. Предметом преступления уничтожения или повреждения лесных или иных насаждений является, как указывалось, лесная растительность. В гл.2 диссертационного исследования обосновано данное понятие как более точно отражающее смысл и содержание преступления, предусмотренного ст. 261 УК РФ.

Лесная растительность может быть признана предметом преступления в том случае, если она не отторгнута и не обособлена трудом людей от естественных природных условий, даже в том случае, если она и аккумулирует в себе определенное количество человеческого труда настоящих или предшествующих поколений людей (например, путем ухода за лесом, высаживания деревьев, саженцев, охраны лесов). Она все равно продолжает оставаться в природной среде либо вносится в нее для выполнения природных и иных экологических функций. Здесь предмет посягательства (лес или отдельные деревья, кустарники), находятся в естественном природном состоянии, которые не перешли в категорию имущества, и не приобрели товарно-денежной формы.[10] Поэтому, как было выяснено в гл 2 настоящего диссертационного исследования, не могут являться предметом экологического преступления деревья и кустарники, произрастающие на землях сельскохозяйственного назначения (за исключением лесозащитных насаждений), на приусадебных, дачных и садовых участках, ветровальные, буреломные деревья и т.п., если иное не предусмотрено специальными правовыми актами.

Уничтожение или повреждение такой растительности, квалифицируется по статье 167 «Умышленное уничтожение или повреждение имущества» или статье 168 «Уничтожение или повреждение имущества по неосторожности» УК РФ как преступление против собственности. При этом следует иметь в виду, что по ст. 167 УК РФ ответственность наступает только в случае причинения уничтожением или повреждением чужого имущества значительного ущерба, а по ст. 168 – в крупном размере.

Таким образом, отграничение преступлений ст.261 УК РФ от ст.ст. 167 и 168 УК РФ следует проводить по объекту, объективной стороне и предмету.

Объектом преступлений ст.ст. 167, 168 являются отношения собственности.

Объективная сторона этих преступлений выражается в уничтожении либо повреждении чужого имущества. Уничтожение в данном случае означает приведение имущества в полную непригодность, исключающую возможность дальнейшего его использования по целевому назначению.

Предметом - чужое имущество, как движимое, так и недвижимое.

Основным отличием ст. 261 УК РФ является то, что лесная растительность не может рассматриваться как собственность физического или юридического лица, поэтому к ее уничтожению или повреждению неприменимы нормы ст.ст. 167, 168 УК РФ.

В случае уничтожения или повреждения деревьев, кустарников и другой растительности, произрастающей на землях сельскохозяйственного назначения, на приусадебных, дачных и садовых участках, произрастающие на лесных плантациях и т.п., будут применяться ст.ст. 167, 168 УК РФ в зависимости от формы вины (умысел или неосторожность соответственно).

Массовые беспорядки (ст. 212 УК РФ), как указывалось, могут сопровождаться поджогами, в том числе и лесных насаждений.

Объективные признаки массовых беспорядков заключаются в следующем: в организации массовых беспорядков (ч.1 ст.212 УК РФ); в участии в массовых беспорядках (ч.2 ст.212 УК РФ); в призывах к активному неподчинению законным требованиям представителей власти, массовым беспорядкам, насилию над гражданами (ч.3 ст.212 УК РФ).

Объектом массовых беспорядков можно назвать посягательство на основы общественной безопасности, общественного порядка, причиняющее вред и ущерб собственности, личному имуществу, угрожающее жизни и здоровью граждан. В числе прочего в состав объекта входит имущество, т.е. отношения собственности, как и в ст. 167, 168 УК РФ имеют одно из приоритетных значений.

Субъективная сторона массовых беспорядков характеризуется прямым умыслом действий организатора, участника и лица, осуществляющего призывы, по отношению к наступившим вредным последствиям.

Поэтому при разграничении рассматриваемых преступлений следует учитывать объект, объективные признаки состава и субъективные признаки.

Террористический акт (ст. 205 УК РФ) как вид преступного деяния, непосредственно посягающего на общественную безопасность, включает в себя действия, способные по своим объективным свойствам нарушить общественную безопасность. В качестве способа совершения акта терроризма законодатель предусматривает только общеопасные способы, т.е. такие действия, которые создают опасность гибели людей, причинения значительного материального ущерба, наступления иных общественно опасных последствий.

Однако общеопасность способа совершения акта терроризма еще не позволяет говорить о наличии состава терроризма. Любой поджог или взрыв, безусловно, нарушает общественную безопасность. Для того, чтобы квалифицировать те или иные действия как терроризм, их выполнение должно быть связано не только с желанием совершения, но и с преследованием цели – нарушить общественную безопасность.

Субъективная направленность терроризма позволяет отграничивать его от смежных составов, в основу которых положен общеопасный способ совершения преступления.

Например, поджог или взрыв объекта жизнеобеспечения населения при наличии цели подрыва экономической безопасности государства должны квалифицироваться как диверсия (ст.281 УК).

Совершение таких же действий в отношении чужого имущества при отсутствии цели нарушения общественной безопасности рассматривается как уничтожение или повреждение чужого имущества (ч.2 ст. 167 УК).

Таким образом, под угрозой совершения поджога как акта терроризма следует понимать:

- имеющее реальный характер высказывание совершить поджог материального объекта, угрожающий жизни и здоровью людей или причинением значительного имущественного ущерба независимо от того, желал ли в действительности виновный реализовать свою угрозу;

- приготовительные действия к поджогу (подбор объекта, приискание средств поджога и т. п.);

- покушение на поджог (действия, направленные на вызывание огня, его распространение). Покушение па поджог заканчивается моментом перерастания огня в пожар. Появление неконтролируемого огня, когда лицо утрачивает над ним контроль, – свидетельство оконченного состава акта терроризма – поджога.

Диверсия (ст. 281 УК), имея близкое сходство с террористическим актом, тем не менее, содержит особенности, связанные не только с объектом посягательства (экономическая безопасность), но и обусловленные механизмом преступного посягательства. В диверсии определяется конкретный предмет преступления – это объекты жизнеобеспечения населения.

Осуществляя поджог как акт терроризма, виновный, осознавая его общеопасный характер, предвидит возможность угрозы жизни и здоровью людей, причинения значительного имущественного ущерба. Отсутствие осознания общеопасного способа исключает состав терроризма.

Совершая поджог как акт диверсии, виновный, в первую очередь, должен осознавать, что материальный объект является объектом жизнеобеспечения населения, что его разрушение или повреждение создаст угрозу экономической безопасности, а, следовательно, жизни и здоровью людей. Если лицо не осознавало, что поджигает объект жизнеобеспечения населения, ответственность за диверсию исключается.

Осуществляя поджог лесной растительности виновный, прежде всего, должен осознавать, что наносит вред экологической безопасности.

Диспозиция ст. 281 УК содержит примерный перечень объектов жизнеобеспечения населения, выступающих в качестве предмета диверсии.

Таким образом, под поджогом как способом совершения диверсии понимается воспламенение материального объекта жизнеобеспечения населения в целях подрыва экономической безопасности и обороноспособности Российской Федерации.

Что касается разграничения преступлений, предусмотренных ст.261 и ст.243 УК РФ, то его следует проводить главным образом по предмету и объекту посягательства. Предметом уничтожения или повреждения памятников истории или культуры (ст. 243 УК РФ) являются эти памятники, а также природные комплексы, объекты, взятые под охрану государства, предметы или документы, имеющие историческую или культурную ценность. К памятникам истории и культуры относятся объекты материальной культуры, обладающие исторической, художественной, научной или иной культурной ценностью и зарегистрированные в государственных списках памятников истории и культуры.

Природные комплексы - это природно-географические ландшафты, представляющие собой ограниченный однородный участок территории, в пределах которого природные компоненты находятся в устойчивом сложном взаимодействии, приспособлены друг к другу и взаимодополняемы, либо имеющие при этом правовой статус особо охраняемой природной территории или природного объекта, т.е. являющиеся заповедниками, национальными парками, памятниками природы. Особое место среди охраняемых законом природных комплексов имеют музеи-заповедники (например, Ясная Поляна, Михайловское).

В соответствии с Федеральным законом "Об охране окружающей среды" 2002 г. особой охране подлежат объекты, включенные в Список всемирного культурного наследия и Список всемирного природного наследия, государственные природные заповедники (например, биосферные, государственные природные заказники, памятники природы, национальные, природные и дендрологические парки, ботанические сады, лечебно-оздоровительные местности и курорты). Согласно Федеральному закону "Об особо охраняемых территориях" 1995 г., памятники природы - это уникальные, невосполнимые, ценные в экологическом, научном, культурном и эстетическом отношении природные комплексы, а также объекты естественного и искусственного происхождения.

Отличие предмета преступления ст. 262 УК РФ от предмета ст. 243 УК РФ является то, что предмет преступления ст. 243 УК РФ – это особо охраняемые природные территории и природные объекты: заповедники, заказники, национальные парки, памятники природы и другие, особо охраняемые государством природные территории, составляющие объекты культурного наследия.

Таковыми могут быть и леса, имеющие научное или историческое или культурное значение и относящиеся таким образом к культурному наследию.

Согласно п.29 Приказа Рослесхоза от 12.12.2011 N 516 «Об утверждении Лесоустроительной инструкции» (Зарегистрировано в Минюсте РФ 06.03.2012 N 23413) «к лесам, имеющим научное или историческое значение, относятся:

1) леса, расположенные в границах территорий объектов культурного наследия (памятников истории и культуры);

2) леса, которые являются образцами достижений лесохозяйственной науки и практики, объектами исследований на длительную перспективу;

3) леса, уникальные по генетическим качествам (генетические резерваты);

4) леса, уникальные по продуктивности.»[11]

Исходя из различного содержания непосредственных объектов анализируемых преступлений, представляется правильным квалифицировать, например, поджог парковой зоны в Царском Селе по ст.243 УК РФ, если сгорит только природный объект.

Рассматриваемый состав преступления ст. 243 УК РФ сконструирован по типу материального состава: преступление окончено, когда в результате поджога природные комплексы или объекты, взятые под охрану государства, уничтожены или повреждены.

Также, как и в составе преступления, предусмотренном ст. 167 УК РФ, уничтожение или повреждение леса не является последствием этого преступного деяния. Это само содержание противоправного акта. Последствием преступления выступает вред, причиненный общественным отношениям по охране объектов, являющиеся сплавом природных элементов с объектами исторического, научного, художественного, архитектурного наследия, природно – архитектурного ландшафта и т.п.

Таким образом, сравнительный анализ составов уничтожения или повреждения лесных насаждений с некоторыми другими сходными преступлениями позволяет сделать вывод, что эти преступления разграничиваются в конкретных ситуациях их совершения соответственно по объекту, предмету, признакам объективной стороны и форме вины.

3. Отграничение уничтожения или повреждения лесных или иных насаждений от сходных административно - наказуемых правонарушений.

Конкуренция уголовно-правовых и административно-правовых норм об охране окружающей среды вообще и леса, в частности, - явление не редкое. Зачастую объективные признаки преступления и проступка в законе выражены одинаково, четких критериев разграничения преступления и проступка не проводится, что нередко приводит к ошибкам на практике, вызывая сложности не только у следователей, но и в судейском корпусе. 

В принципе любой административный проступок отличается от уголовно-наказуемого деяния степенью его общественной опасности, т. е. тяжестью совершенного. Это общая посылка для решения вопроса. Однако, поскольку в законе степень общественной опасности содеянного может быть выражена только в конкретных признаках состава правонарушения, то и разграничение преступления и проступка можно провести только с учетом содержания данных конкретных признаков.

Преступное уничтожение или повреждение лесов (статья 261 УК РФ) сходно с административно – наказуемыми проступками, в виде нарушения правил санитарной безопасности в лесах (статья 8.31 КоАП РФ) и нарушения правил пожарной безопасности в лесах (статья 8.32 КоАП РФ). Когда речь идет о разграничении указанных составов во главу угла ставится факт наличия в составе преступления вредных последствий в отношении лесной растительности. Как отмечается специалистами, в составе проступков они не предусмотрены.[12]

В самом деле, когда противоправное деяние не влечет никаких последствий в части причиненного вреда окружающей среде или их вредоносный результат ничтожен, проступок подпадает под сферу действия главы 8 КоАП РФ «Административные правонарушения в области охраны окружающей среды и природопользования». Однако, принимая во внимание, наличие в статьях 8.31 и 8.32 КоАП РФ квалифицированных составов, разграничение уголовного и административного правонарушений следует, на наш взгляд, проводить глубже. Поэтому рассмотрим по отдельности составы административных проступков, зафиксированных в указанных статьях.

 Статьей 8.31 КоАП РФ «Нарушение правил санитарной безопасности в лесах» установлена ответственность за нарушение требований санитарной безопасности (часть 1), за загрязнение лесов сточными водами, химическими, радиоактивными и другими вредными веществами, отходами производства и потребления и (или) иное негативное воздействие на леса (часть 2), и за действия (бездействие), предусмотренные частью 2 данной статьи, если они совершенны в защитных лесах и на особо защитных участках лесов (часть 3). 

Требования санитарной безопасности в лесах изложены в разделе VI Правил санитарной безопасности в лесах, утвержденных постановлением Правительства РФ от 29 июня 2007 г. N 414.[13] Соответственно, когда лицо в процессе своей деятельности допустило их нарушение, но при этом не пострадал лес[14] как таковой, правонарушение следует квалифицировать по части 1 статьи 8.31 КоАП РФ. 

Сложнее определить границу между частью 3 статьи 261 УК РФ, устанавливающей уголовную ответственность за загрязнение или иное негативное воздействие на лесные и иные насаждения, и частями 2 и 3 статьи 8.31 КоАП РФ. Частью 2 статьи 8.31. КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за загрязнение лесов сточными водами, химическими радиоактивными и другими вредными веществами отходами производства и потребления и (или) иное негативное воздействие на леса, а часть 3 – за те же действия, но совершенные в защитных лесах и на особо защитных участках лесов. Указанный состав является материальным, т.к. включает в свой состав не только противоправное деяние, но и наступление вредоносного результата в виде загрязнения леса, а также установление причинно-следственной связи. Соответственно, и в первом, и во втором случае для привлечения к ответственности необходимым условием является причинение вреда лесу, т.е. в обоих случаях (при уголовном деянии и при административном проступке) законом предусмотрено наступление негативных последствий. Каким же образом следует осуществлять разграничение? Применять такой критерий, как крупность, нет достаточных оснований. В указанных нормах нет соответствующей ссылки на этот критерий. Более того, причинение крупного ущерба является квалифицирующим признаком преступления, ответственность за которое установлена частью 4 статьи 261 УК РФ.

Думается, что разграничение указанных составов следует проводить по последствиям в зависимости от степени произошедшего загрязнения. В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 10.01.2002 N 7-ФЗ (ред. от 25.06.2012) «Об охране окружающей среды»[15] под загрязнением окружающей среды понимается поступление в окружающую среду веществ и (или) энергии, свойства, местоположение или количество которых оказывают негативное воздействие на окружающую среду. Соответственно, загрязнение представляет собою некий процесс, который может привести к разным по степени негативного воздействия последствиям. 

При этом с точки зрения лесоведения понятие леса охватывает не только лесные насаждения в виде деревьев, кустарников, лиан. Помимо указанных растений, составляющих предмет преступления, предусмотренного статьей 261 УК РФ, в состав леса включены и иные растительные покровы: травы, кустарники, мхи, лишайники.

В этой связи Г.Ф. Морозов отмечал, что растения, образующие лес, произрастают совместно, влияют друг на друга, находятся во взаимодействии со средой произрастания, составляют динамическое единство. Он же первым отметил, что лес - это природное явление, включающее не только лесную растительность, но и среду её обитания.[16]

Как отмечалось, лес представляет собой природный комплекс (экосистему, от греч. óikos — жилище, местопребывание и система), образованную живыми организмами и средой их обитания (атмосфера, почва, водоём и т.п.), связанными между собой обменом веществ и энергии. Лес это не только деревья и кустарники, но также и лесная подстилка, почва, микроорганизмы, птицы, животные, водоемы, с характерным для леса распределением температуры и влажности воздуха, света и др. факторов среды, с присущим ему обменом веществ и энергии.

Поэтому когда загрязнение хотя бы и имело некоторые вредные для отдельных компонентов леса последствия (например, нанесен вред таким компонентам леса, как травяной покров, мхи, лишайники, муравейники и т.д), но при этом загрязнение не привело к уничтожению или повреждению лесных насаждений, то следует говорить об административном проступке. Когда же загрязнение повлекло уничтожение или повреждение лесных и иных насаждений, то налицо состав преступления, предусмотренный частью 3 статьи 261 УК РФ либо частью 4 указанной статьи, если деяние причинило крупный ущерб. Т. о. отличие проводится по последствиям.

Для преступления не имеет значения категория уничтожаемого или повреждаемого леса. Между тем, для административного проступка, установленного частью 3 статьи 8.31 КоАП РФ, категория леса, на котором совершено загрязнение, имеет квалифицирующее значение.

В связи с этим, представляется важным обратить внимание на положения части 1 статьи 102 Лесного кодекса РФ, согласно которой к защитным лесам относятся леса, которые служат целям сохранения средообразующих, водоохранных, защитных, санитарно-гигиенических, оздоровительных и иных полезных функций лесов с одновременным их использованием при условии, если это использование совместимо с целевым назначением защитных лесов и выполняемыми ими полезными функциями. К таковым относятся леса, расположенные на особо охраняемых природных территориях, леса, расположенные в водоохранных зонах, леса, выполняющие функции защиты природных и иных объектов, а именно: леса, расположенные в первом и втором поясах зон санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, защитные полосы лесов, расположенные вдоль железнодорожных путей общего пользования, федеральных автомобильных дорог общего пользования, автомобильных дорог общего пользования, находящихся в собственности субъектов РФ, зеленые зоны, лесопарковые зоны, городские леса, леса, расположенные в первой, второй и третьей зонах округов санитарной (горно-санитарной) охраны лечебно-оздоровительных местностей и курортов, и другие категории лесов, перечисленные в части 2 статьи 102 ЛК РФ.

Согласно части 4 статьи 102 ЛК РФ в защитных лесах, эксплуатационных лесах и резервных лесах могут быть выделены особо защитные участки лесов. В защитных лесах и на особо защитных участках лесов запрещается осуществление деятельности, несовместимой с их целевым назначением и полезными функциями. На это указывается в части 5 статьи 102 ЛК РФ. Остается только отметить, что положения приведенной статьи Лесного кодекса РФ важны не только в контексте рассматриваемой статьи 8.31 КоАП РФ, но и при решении иных вопросов разграничения деяний, касающихся причинения вреда лесу, о чем будет дополнительно сказано ниже.

Например, как это указывалось во второй главе диссертации, особой охраны требуют защитные леса, которые имеют важное значение для жизнедеятельности человека.

С учетом особой важности лесов, выполняющих защитные функции, необходимо в ст. 261 УК РФ предусмотреть повышенную ответственность за их уничтожение или повреждение. В связи с эти предлагается дополнить ст. 261 УК РФ ч. 5 «Деяния, предусмотренные частью первой и третьей настоящей статьи, если они были совершены в отношении лесов, выполняющих защитные функции, наказываются …». Это еще не окончательный вариант ст. 261 УК РФ. Окончательный вариант будет представлен в конце 3 главы диссертации.

Другой статьей КоАП РФ, конкурирующей со статьей 261 УК РФ, является статья 8.32 «Нарушение правил пожарной безопасности в лесах». Отношения по правовой охране леса от пожара регулируются Федеральным законом от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности»,[17] статьями 57-59 Лесного кодекса РФ, Правилами пожарной безопасности в лесах Российской Федерации, утв. постановлением Правительства РФ от 30 июня 2007 № 417 (в ред. от 05.05.2011).[18] Как и в отношении части 1 статьи 8.31 КоАП РФ, разграничение следует проводить по вредоносным в отношении лесной растительности последствиям, выразившейся в сгорании всего или части леса.

Уголовная ответственность наступает за такие нарушения правил пожарной безопасности, которые повлекли неосторожное уничтожение или повреждение лесов либо насаждений, не входящих в лесной фонд (часть 1 статьи 261 УК), либо умышленное путем поджога или иным общеопасным способом (часть 2 статьи 261 УК). 

По части 1 статьи 8.32 КоАП РФ наказуемы нарушения правил пожарной безопасности, не повлекшие указанных последствий.

В соответствии с п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 г. №21 «в случаях нарушения требований правил пожарной безопасности в лесах следует разграничивать преступления, предусмотренные статьей 261 УК РФ, и административные правонарушения, ответственность за совершение которых установлена статьей 8.32 КоАП РФ. Если неосторожное обращение с огнем или иным источником повышенной опасности в лесах не повлекло возникновение лесного пожара, уничтожение или повреждение насаждений, такие действия образуют состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 8.32 КоАП РФ. Выжигание хвороста, лесной подстилки, сухой травы и других лесных горючих материалов с нарушением требований правил пожарной безопасности на земельных участках, непосредственно примыкающих к лесам, защитным и лесным насаждениям и не отделенных противопожарной минерализованной полосой шириной не менее 0,5 метра, не повлекшее уничтожение или повреждение лесных насаждений, подлежит квалификации по части 2 статьи 8.32 КоАП РФ. В случае, если неосторожное обращение с огнем или иными источниками повышенной опасности повлекло возникновение лесного пожара, но при этом последствия в виде уничтожения или повреждения лесных насаждений не наступили, содеянное не образует состав преступления, предусмотренный статьей 261 УК РФ, и при наличии соответствующих признаков может быть квалифицировано как административное правонарушение (например, по части 4 статьи 8.32 КоАП РФ)»[19].

Частью 4 статьи 8.32 КоАП РФ установлен особо квалифицированный состав административного проступка - нарушение правил пожарной безопасности, повлекшее возникновение лесного пожара без причинения тяжкого вреда здоровью человека. Разграничение данного проступка и преступления, предусмотренного частью 1 и 2 статьи 261 УК, представляет особую трудность, поскольку, во – первых, лесной пожар может быть учинен как неосторожно, так и умышленно, а, во – вторых, пожар, безусловно, влечет повреждение или уничтожение леса.

Как следует из буквального текста части 4 статьи 8.32 КоАП, ею вроде бы должно охватываться деяние, повлекшее любой лесной пожар, включая пожар, причинивший легкий и средней тяжести вред здоровью человека. В то же время, как указывалось, уничтожение или повреждение лесных и иных насаждений в результате неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности преследуется по части 1 статьи 261 УК РФ, а путем поджога или иным общеопасным способом – по части 2 этой статьи. Соответственно, в обоих случаях речь идет о пожаре в лесу, а значит о причинении вреда лесным и иным насаждениям. При этом, и в случае совершения проступка, и в случае совершения преступления, пожар возникает ввиду того, что нарушаются правила пожарной безопасности, т.к. при их строгом соблюдении пожар возникнуть не может. Каков же критерий разграничения указанных деяний? Особенно вызывает недоумение то обстоятельство, что при буквальном толковании части 4 статьи 8.32 КоАП РФ, следует сделать вывод, что КоАП РФ предусматривает ответственность за более тяжкое деяние, поскольку статьей 261 УК РФ учинение пожара не связывается с причинением вреда здоровью человека. В то время как диспозицией части 4 статьи 8.32 КоАП РФ этот вид вреда как бы предусмотрен в качестве особо квалифицирующего признака.

Попробуем разобраться по порядку. Прежде всего, принимая во внимание общий подход разграничения сферы применения административного и уголовного законодательства, следует прийти к выводу, что в случае возникновения лесного пожара с малым очагом возгорания, не приведшего к сколько-нибудь существенному повреждению лесной древесно-кустарниковой растительности, следует говорить об административном проступке. При этом, по нашему мнению, под «несущественным повреждением» следует понимать частичное или полное повреждение (гибель) в огне исключительно штучного количества растительности.

По нашему мнению, при решении вопроса об отграничении преступных составов, установленных статьей 261 УК РФ, от административных проступков, предусмотренных статьей 8.32 КоАП РФ, следует учитывать природоохранное, экономическое, экологическое и социальное значение леса. Ввиду чего, думается, что последствия пожара, возникшего на территории лесов, отнесенных приведенной выше статьей 102 ЛК РФ к защитным или на особо защитным участкам леса, не могут быть несущественными. Здесь в любом случае должна идти речь о привлечении к уголовной ответственности по соответствующей части статьи 261 УК РФ.

Теперь рассмотрим вопрос о том, как квалифицировать деяние, если наряду с вредом лесу был причинен вред здоровью человека. Из содержания части 4 статьи 8.32 КоАП РФ следует, что речь об административной ответственности может идти только в том случае, когда здоровью человека причинен легкий вред или вред средней тяжести. При этом, по смыслу этой нормы не имеет значения для квалификации содеянного как проступка умышленно или неосторожно причинен вред. Однако системное толкование нормы части 4 статьи 8. 32 КоАП РФ и норм об ответственности за причинение вреда здоровью человека УК РФ не позволяет прийти к столь однозначному выводу. Напомним, что за причинение легкого вреда здоровью по неосторожности в УК РФ изначально не было предусмотрено ответственности, а причинение средней тяжести вреда здоровью человека декриминализировано (исключение составляет только часть 1 статьи 124 УК РФ «Неоказание помощи больному»). Однако, за причинение легкого или средней тяжести вреда умышленно, предусмотрена уголовная ответственность соответственно статьи 112 и 115 УК РФ. 

Поэтому, если вследствие нарушения правил пожарной безопасности в лесах по неосторожности причинён вред здоровью человека легкой или средней тяжести, деяние следует квалифицировать по части 4 статьи 8.32 КоАП РФ. В случае причинения неосторожного или умышленного тяжкого вреда или умышленного легкого или средней тяжести вреда ответственность виновного должна наступать соответственно по статьям 109, 111, 112, 115 УК РФ.

Действующая редакция части 4 статьи 8.32 КоАП РФ создает условия для необоснованной дискреции (лат. discretio; англ. discretion, решение должностным лицом или государственным органом относящегося к его ведению вопроса по собственному усмотрению в порядке реализации дискреционной власти), когда речь идет о лесном пожаре, не повлекшем тяжкий вред здоровью или уничтожение или повреждение лесов.

С учетом предложений и изменений, разработанных автором во второй и третьей главах диссертации предлагается новая конструкция статьи 261 УК РФ в следующей редакции:

Ст. 261. Уничтожение или повреждение лесной растительности

  1. Уничтожение или повреждение лесной растительности в результатенеосторожного обращенияс огнем или в результате загрязнения либо иного негативного воздействия или в результате промышленной деятельности -

Наказывается…

  1. Деяния, предусмотренныечастью первойнастоящей статьи, если они причинили крупный ущерб, -

Наказываются…

  1. Поджог лесной растительности, применение иных источников повышенной опасности или совершение иных общеопасных действий, создавших угрозу ее уничтожения или повреждения или в результате промышленной деятельности -

Наказывается…

  1. Деяния, предусмотренныечастью третьейнастоящей статьи, если они причинили крупный ущерб, -

Наказываются…

  1. Деяния, предусмотренныечастью первой и третьейнастоящей статьи, если они были совершены в отношении лесов, выполняющих защитные функции, 

Наказываются….

Примечание. Крупным ущербом в настоящей статье признается ущерб, если стоимость уничтоженной или поврежденной лесной растительности, исчисленная по утвержденным Правительством Российской Федерации таксам, превышает пятьдесят тысяч рублей.

[1] Под смежными преступлениями мы будем понимать преступления, сходные по определенным признакам объективной стороны состава преступления, хотя на этот счет в науке уголовного права есть и иные позиции. Например, И.А. Конфоркин считает таковыми только преступления, сходные по непосредственному объекту преступления (Конфоркин И.А. Уголовная ответственность за незаконную рубку лесных насаждений: Монография. – 2010 // КонсультантПлюс). Однако таковые можно обнаружить, на наш взгляд, только у тождественных преступлений.

[2] См.: Жевлаков Э.Н. Уголовно-правовая охрана окружающей среды: Часть первая. – М. - 2002. - С. 96.

[3] См.: Кузнецова О.Н. Проблемы квалификации преступного загрязнения окружающей среды. // Право и политика. - 2010.- N 3 // КонсультантПлюс.

[4] Лесное хозяйство - отрасль народного хозяйства; занимается изучением, учетом и воспроизводством лесов, охраной их от пожаров, болезней и вредителей, лесовозобновленимем и лесоразведением, регулированием лесопользования повышением, продуктивности лесов. См.: Советский энциклопедический словарь. – М. -1998. – С. 705.

[5] Дубовик О.Л. Экологические преступления: Комментарий к главе 26 Уголовного кодекса Российской Федерации.- М. - 1998.- С. 167.

[6] См. также: Хлупина Г., Качина Н. Проблемы применения нормы об уголовной ответственности за порчу земли. // Уголовное право. – 2010. - N 1.

[7] Критическое местообитание - это специфический термин, обозначающий специально выделяемые защитные участки территорий (акваторий), на которых обитают популяции каких-либо животных или растений, занесенных в Красную книгу Российской Федерации. См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. / Отв. ред. В.М. Лебедев. Автор раздела Жевлаков Э.Н. - М. – 2004. // Система ГАРАНТ. См. также: Дубовик О.Л. Экологические преступления. - С. 306.

[8] См.: Жевлаков Э.Н. Уголовно-правовая охрана окружающей среды: Часть вторая. – М. - 2002. - С. 23.

[9] См.: Комментарий к УК РФ/отв. редактор В.М. Лебедев (автор главы – Э.Н. Жевлаков).- М.-2012.- С. 974.

[10] Подробнее по этому вопросу см.например,: Жевлаков Э.Н. Экологические преступления и экологическая преступность. Учебное пособие. – М. -1996. - С. 73.

[11] Приказ Рослесхоза от 12.12.2011 N 516 "Об утверждении Лесоустроительной инструкции" (Зарегистрировано в Минюсте РФ 06.03.2012 N 23413) // СПС «Гарант»

[12] См.: Комментарий к УК РФ / отв. редактор В.М. Лебедев (автор главы – Э.Н. Жевлаков). - М.-2012.- С. 975. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) (2-е издание, исправленное, дополненное и переработанное)// под ред. д.ю.н., проф. Чучаева А.И. - М., 2010 // Система ГАРАНТ; Князев А.Г., Чураков Д.Б., Чучаев А.И. Экологические преступления. – М., 2009 // Система ГАРАНТ.

[13] СЗ РФ. - 2007- N 28. - Ст. 3431.

[14] Напомним, что в соответствии со ст. 5 ЛК РФ под лесом понимается экологическая система или природный ресурс. При этом к лесным следует относить деревья, кустарники, лианы, произрастающие в лесах (ст. 16 ЛК РФ), а также – не отнесенные к таковым деревья, кустарники и лианы, но произрастающие в диких (естественных) природных условиях. См. также: Комментарий к Уголовному кодексу (отв. редактор В.М. Лебедев). - С. 965-966.

[15] СЗ РФ. – 2002 - N 2.- Ст. 133.

[16] Морозов Г. Ф. Учение о лесе. - 2 изд., М. — Л., 1949.

[17] СЗ РФ. - 1994.- № 35.

[18] СЗ РФ. - 2007. - № 28. - Ст. 3432.

[19] Постановление Пленума Верховного суда РФ «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» от 18 октября 2012 г. № 21 // Российская газета - Федеральный выпуск. - №5924. – 31 октября. – 2012.