Суррогатное материнство


Доклад

Практика суррогатного материнства подвергается критике за возможность коммерциализации, т.к. данный метод может быть использован как средство эксплуатации женщин в роли платных инкубаторов, производящих детей для богатых заказчиков. О запрещении использования суррогатного материнства в коммерческих целях говорится в Брюссельской декларации Всемирной медицинской ассоциации (1985 г.). Россия не подписывала эту декларацию.

Уменьшению риска коммерциализации суррогатного материнства может способствовать, например, то, что в качестве заменяющих матерей выступают родственники бесплодной пары, которые будут относиться к ребенку с неподдельной любовью. Например, в Австралии в 1994 году был снят ряд ограничений с закона об использовании суррогатного материнства, что позволило сестрам и кузинам генетических родителей стать заменяющими матерями. В штате Северная Каролина (США) сестра женщины, которая сама не в состоянии была выносить ребенка, была оплодотворена спермой ее мужа и в мае 1994 года родила ребенка. Прежде чем принять такое решение, супруги шесть лет лечились от бесплодия. Первый же случай вынашивания ребенка матерью вместо бесплодной дочери зарегистрирован в ЮАР в 1987 году.

Не очень много говорится в спорных ситуациях о ребенке. А ведь он может унаследовать от суррогатной матери генетические дефекты (в случае использования яйцеклетки самой же суррогатной матери). Некоторые из таких дефектов, к сожалению, не всегда могут быть выявлены современными методами. Например, случай, который произошел с Сашей Б., у которого оказался синдром Дауна, и от мальчика отказались и генетическая и суррогатная мамы. К счастью, в последующем он все же был усыновлен.
Возможно, также повреждение плода в результате неосторожности суррогатной матери - например, если она будет во время беременности употреблять наркотики или недостаточно хорошо питаться. 
Так же важны, но остаются пока без ответа вопросы психологической адаптации ребенка. Если ребенку объяснят (или он случайно узнает), что его родила не мать, а другая женщина, не станет ли это для него источником проблем или тягостных переживаний? А если контакты ребенка с этой женщиной будут продолжаться и после его рождения (так бывает, когда суррогатная мать - родственница или близкий семье человек), то, как это может сказаться на ребенке в дальнейшем? 

В России суррогатное материнство регулируется следующими законодательными актами и нормативными документами: Семейным Кодексом РФ, ст. 51-52; Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»; Законом «Об актах гражданского состояния» от 15.11.97. № 143-ФЗ, ст. 16; Приказом Минздрава РФ от 26.02.03. № 67 «О применении вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ) в терапии женского и мужского бесплодия».

Для регистрации ребёнка, рожденного суррогатной матерью, родители должны предоставить в органы ЗАГС следующие документы: медицинское свидетельство о рождении ребенка, согласие суррогатной матери, справку из клиники ЭКО и заявление главврача.

Действующее законодательство не предусматривает каких-либо запретов или ограничений по признаку супружеского статуса или пола при реализации программ суррогатного материнства, поэтому родителями ребенка могут стать не только супружеская пара.

Ответ на вопрос, могут или нет одинокие люди воспользоваться услугами суррогатных матерей для продолжения рода, дала судебная практика. В своём ставшем прецедентным решении[1] по делу Натальи Горской Калининский районный суд С.-Петербурга указал, что, в соответствии со ст. 35 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан, одинокая женщина имеет равные с женщинами, состоящими в браке, права на реализацию функции материнства.

Этот случай стал прецедентом, после которого ЗАГСы в России начали регистрировать детей одиноких женщин до вынесения судебных решений.

Бабушкинский районный суд г. Москвы в августе 2010 года вынес первое для России - решение об обязании районного ЗАГСа зарегистрировать ребёнка, родившегося по программе гестационного суррогатного материнства с донорскими ооцитами для одинокого мужчины. В результате было получено первое в стране свидетельство о рождении «суррогатного» ребёнка у «одинокого» мужчины с прочерком в графе «мать»[2].

По Семейному Кодексу РФ (п. 4 ст. 51) заказчики могут быть записаны родителями ребёнка лишь с согласия женщины, его родившей. Отозвать своё согласие после регистрации ребёнка суррогатная мать уже не вправе.

Зарубежная практика имеет значительный опыт в применении этого института, хотя и не может характеризоваться как однозначная. И в настоящее время вопрос о суррогатном материнстве имеет большую актуальность за рубежом.

Первый судебный иск, связанный со спором между суррогатной матерью и супругами, имел место в США в 1988 г. Дело, известное как In re Baby M, было связано с решением суда о передаче ребенка суррогатной матери, которая отказалась от вознаграждения в размере 10000 долларов и решила оставить ребенка себе[3]. После этого случая судебная практика не была столь единогласна в своих решениях, несмотря на господство судебного прецедента в системе англосаксонского права.

В Англии под суррогатным материнством понимается процесс вынашивания ребенка женщиной, заключившей договор с супругами, которые не могут иметь или выносить ребенка. В США суррогатная мать - женщина, добровольно согласившаяся выносить ребенка и передать его согласно условиям договора другой стороне. В Австралии понятие суррогатного материнства рассматривается как соглашение, согласно которому женщина (суррогатная мать) соглашается выносить и родить ребенка для другого человека/людей (будущие назначенные родители), которые получат ребенка после его рождения.

Наиболее прогрессивным государством в отношении метода суррогатного материнства являются США. Во многих американских штатах открыты агентства по его применению, которые часто возглавляются докторами или адвокатами.

Что касается законодательного решения вопроса о суррогатном материнстве, то США не имеют единой правовой базы по его применению. Конституция этой страны предоставляет государственным собраниям штатов право самостоятельно принимать законодательные акты в области здравоохранения, поэтому каждый штат США сам создает медицинскую законодательную базу, в том числе и касающуюся использования метода суррогатного материнства.

Возможность применения метода суррогатного материнства предусмотрена и законодательством Украины. Здесь в случае имплантации в организм другой женщины зародыша, зачатого супругами, родителями ребенка считаются именно эти супруги.

Институт суррогатного материнства в Республике Беларусь был законодательно закреплен в середине 2006 года в ст. 53 Кодекса о браке и семье.

В отечественной литературе встречается определение суррогатной матери как здоровой женщины, согласной на основе соглашения (договора) после искусственного оплодотворения выносить и родить ребенка для другой семьи. Зачатие происходит в условиях специализированного медицинского учреждения (без полового акта), для чего могут использоваться яйцеклетки и сперма как бесплодной супружеской пары, так и доноров[4].

Представляется, что легальное определение суррогатного материнства должно акцентировать внимание на договор, заключаемый сторонами, для того, чтобы обозначить именно договорный характер возникающих отношений. Таким образом, суррогатное материнство - соглашение между лицом (лицами), желающими стать родителями, и женщиной, согласной на искусственное оплодотворение, вынашивание и рождение ребенка (суррогатной матерью), с последующей его передачей другой стороне по договору, за вознаграждение либо без такового. Суррогатное материнство должно основываться на законодательном уровне, где четко должны быть прописаны права и обязанности всех участников суррогатного материнства.

В российском законодательстве не закреплены права биологических родителей ребенка, т.е. суррогатная мама может принять решение оставить ребенка себе, несмотря на то, что она не является его биологической матерью, что создает условия для возможности шантажа и манипулирования биологическими родителями со стороны суррогатной матери. Этот пробел обязательно должен быть восполнен законодательно – права биологических родителей нуждаются в совершенствовании.

Биологические родители могут быть записаны родителями ребенка только с согласия женщины, родившей ребенка (суррогатной матери). Т.е. суррогатная мать по закону может безо всяких проблем оставить генетически чужого ей ребенка себе, официально считаясь его матерью со всеми вытекающими отсюда правовыми последствиями.

Суррогатная мать может пойти на это не только в силу материнских чувств, возникших к вынашиваемому ребенку, но и с целью шантажа генетических родителей, что может привести к совершению такого преступления как вымогательство.

Также Российское законодательство не предъявляет каких-то специальных требований к кандидатуре суррогатной матери. В некоторых странах, например в Бразилии и Венгрии, такую роль может выполнить только родственница генетических родителей[5].

Если суррогатная мать отказывается продолжать отношения, ее модель поведения может строиться согласно двум вариантам: совершение искусственного прерывания беременности или вынашивание беременности. По российскому законодательству первый вариант возможен только при сроке беременности 12 недель. Действует общее правило, предусмотренное по поводу абортов ст. 36 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан. Вопрос об аборте при сроках беременности 12 недель и выше будет рассматриваться лишь в том случае, если будут присутствовать социальные или медицинские к тому показания. При втором варианте ребенок может быть оставлен женщиной. Тогда она будет записана как родитель со всеми правами и обязанностями, вытекающими из семейного законодательства. Но она может и отказаться от ребенка после его рождения.

Но генетические родители не могут настоять на том, чтобы суррогатная мать доносила беременность, т.е. принудить ее к совершению всех действий, направленных на выполнение договора. Они не могут настаивать на этом в суде.

Супружеская пара в свою очередь также может отказаться от услуг вынашивающей матери. При этом она становится менее обремененной стороной, так как на нее не ложится груз ответственности за вынашивание и рождение ребенка. Подобный факт имел место в российской клинике. Как указывают авторы очерка о программе "Суррогатное материнство", "по настоятельной просьбе генетических родителей в связи с изменившимися социальными обстоятельствами и с согласия суррогатной матери беременность была прервана в 10 - 11 недель в одном случае"[6].

Поэтому несмотря на то что перед началом проведения процедуры обе стороны дают информированное согласие на проведение процедуры, их решение нельзя рассматривать как окончательное и неизменное. Поэтому может возникнуть проблема того, что если генетические родители отказываются от услуг вынашивающей матери на поздних сроках беременности, когда нельзя сделать аборт, ребенок становится никому не нужным.

Таким образом, в нашей стране приоритетное право решать судьбу ребенка сегодня принадлежит суррогатной матери, и на практике может возникнуть ситуация, когда генетическим родителям будет отказано в материнстве и отцовстве. Эта проблема требует более четкого законодательного регулирования. Во избежание случаев отказа в передаче ребенка генетическим родителям, вымогательства, шантажа со стороны суррогатной матери, отказа генетических родителей принять своего ребенка и других негативных моментов отношения по вынашиванию ребенка, как и иные гражданские правоотношения, должны регулироваться договором между сторонами, где были бы четко определены права и обязанности каждой из сторон.

В рамках профилактических мероприятий целесообразно:

- инициировать заключение международных соглашений о координации взаимодействия и взаимопомощи силовых и других структур различными государствами в ситуациях, связанных с торговлей несовершеннолетними и незаконным усыновлением;

- организовывать и проводить совместные совещания с участием сотрудников прокуратуры, следствия и оперативных работников по выявлению и расследованию преступлений связанных с незаконным усыновлением;

- рекомендовать законотворческим органам, учреждениям и организациям, обладающим правом законодательной инициативы своевременно и оперативно выявлять новые легальные средства и способы достижения преступных целей, соответствующим образом корректировать нормативную базу для предупреждения подобной деятельности.

С целью улучшения профилактики и предотвращения преступлений против семьи нами были разработаны и предложены некоторые методики расследования преступлений против семьи, а также алгоритмы расследований.

Некоторые авторы в рамках профилактической деятельности следователя выделяют работу следователя по установлению обстоятельств, способствовавших преступлению ст. 158 УПК РФ (Окончание предварительного расследования) требует установить обстоятельства, способствующие совершению преступления. Обстоятельства, способствующие преступлению должны устанавливаться в ходе всего расследования. Например, проверяя версию о подмене ребенка в плане расследования указываются пункты по выяснению режима работы медицинского персонала[7]. Важную информацию об обстоятельствах способствующих преступлению можно получить путем следственного осмотра. Например, при выяснении обстоятельств ст. 156 УК РФ (Неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего) важно осмотреть место, где проживал несовершеннолетний. При осмотре документов в рамках расследования подмены ребенка (ст. 153 УК РФ) может быть выявлена небрежность оформления документов, которой воспользовались преступники. Путем допросов подозреваемых, обвиняемых, потерпевших в распоряжении следователя оказывается широкий круг сведений, значимых как для профилактики преступления, так и для анализа личности виновных, формы и содержания их антиобщественной установки. Благодаря допросу можно установить: предупреждается ли сотрудники ЗАГСа всегда о сохранении тайны усыновления. Это важно для предотвращения ст. 155 УК РФ (Разглашение тайны усыновления (удочерения)).

Показателями потерпевших могут быть установлены факты нарушения судебными приставами своих прямых обязанностей в принятии заявления о возбуждении уголовного дела по ст. 157 УК РФ (злостное уклонение от уплаты алиментов).

Вообще же следует заметить, что требование закона устанавливать по каждому делу именно причины преступления носит в большей степени декларативный характер: причина преступления — настолько сложная категория, обусловленная многозначными социальными и иными зависимостями, что установить ее в рамках предварительного следствия зачастую просто невозможно, если не довольствоваться шаблонными и ничего не выражающими констатациями типа "влияние среды", "влияние преступного окружения подследственного" и т. п. Поэтому не случайно в литературе и в практической следственной деятельности речь обычно идет об установлении обстоятельств, способствовавших преступлению, а не их причин.

Сохранение семьи для детей, а также ее воссоздание для детей, оставшихся без попечения родителей являются приоритетными задачами предупреждения преступности против семьи. Эффективность воздействия на семью определяет возможности профилактики указанных преступлений, но и преступности в целом, поскольку негативное влияние семьи может сказаться спустя много лет.

В системе социальных мер, направленных на противодействие преступности учащихся, полагается создание ювенальной юстиции, которая включала бы в себя сеть социальных служб и специализированных судов. Специфика уголовно-правовой охраны семьи требует специализации ряда правоохранительных органов, достаточного штатного обеспечения, специально предназначенного для отделов профилактики в целях повышения эффективности воспитательно-профилактической работы высокого уважения к профессионалам, осуществляющим такую работу, их экономической и иной поддержки.

Для того, что бы в деянии был состав преступления, необходимы доказательства того, что имело место и жестокое обращение с несовершеннолетним, только в этом случае будут основания для привлечения к уголовной ответственности. Между тем, на наш взгляд, неисполнение обязанностей по воспитанию само по себе уже значительно нарушает права и интересы несовершеннолетнего и может составлять самостоятельный состав преступления, в то время как жестокое об ращение с несовершеннолетним или применение по отношение к нему насилия следует рассматривать как квалифицирующие признаки.

Для раскрытия и профилактики преступлений против семьи, совершаемых иностранными гражданами в РФ и вне пределов РФ необходимо создание регламента взаимодействия органов внутренних дел России с аналогичными органами зарубежных стран в процессе расследования преступлений против семьи, а также подписание соглашения об усыновлении со всеми странами (по примеру соглашения с США).

[1] Калининский районный суд г. С.-Петербурга, решение от 05 августа 2009 г. по гражданскому делу № 2-4104, судья Корчагина А. Ю.

[2] Бабушкинский районный суд г. Москвы, решение от 04 августа 2010 г. по гражданскому делу № 2-2745/10, судья Мартыненко А. А.

[3] Майфат А.В. Суррогатное материнство // Коллегия адвокатов. http://www/urallaw.ru

[4] Юридические и практические аспекты суррогатного материнства // Юридический мир. 2004. N 8 - 9.

[5] Померанцева Е.И., Козлова А.Ю., Супряга О.М. Законодательное обеспечение вспомогательных репродуктивных технологий: состояние проблемы (Обзор литературы) // Проблемы репродукции. - 2001. - № 2. - С. 61.

[6] Исакова Э.В., Корсак В.С., Громыко Ю.А. Опыт реализации программы "Суррогатное материнство" // Проблемы репродукции. 2001. - № 3. - С. 26.

[7] Аверьянова Т. В., Белкин Р. С., Корухов Ю. Г., Росинская Е. Р. Криминалистика. Учебник для вузов / Под ред. Р.С. Белкина. — М.: Норма, 2008. - С.915.